Интересности Неслучайная встречa

Неслучайная встречa

Я быстро шла по тротуару. Осенний день был подстать моему настроению – унылый, мокрый и мерзко прохладный. Какого все таки дурака я сваляла, решив совместить экономию и фитнес, и пройтись пешком. Дошло это до меня в двух остановках от дома, потому что — то менять уже не было смысла, оставалось прибавить скорость, и представлять спасительное тепло комнаты, и горячий чай. В голове стучала мысль «почему я, за что?». Меня сегодня уволили с работы, сократили по обидной причине – у меня нет мужа и детей.

Да, оказывается, так бывает, как сказал мой уже бывшей начальник – «сверху дали приказ сократить штат, а вы милая у нас одна молоды и свободны, у всех дети и ипотеки, не можем мы людей в такой ситуации на улице оставлять». А меня как оказалось можно, притом, что я не местная, снимаю в аренду комнату, никогда не отказывалась работать сверхурочно, и в выходные, и я не виновата, что к 30 годам у меня не сложилось иметь семью, или хотя бы ребенка. Еще и уволиться пришлось по собственному, в сумочке зарплата, на которую нужно заплатить аренду, и протянуть икс времени. Насколько растянется это «время икс» даже загадывать не хочется. Получается уравнение со всеми неизвестными – неизвестно как, насколько, и когда грядут перемены к лучшему. Если перевести «икс» в русскую «х» имя моему положению становиться вполне узнаваемым, хоть какая- то ясность в этом сложном уравнении.

Углубившись в математику, я отключилась от внешнего мира. К жизни меня вернул сильный толчок в бок, от которого из рук вылетела сумка, а так как я углубившись в свои переживания и не подумала ее застегнуть, все мое ценное имущество покатилось по асфальту. Развернувшись с целью убить на месте неуклюжего товарища, или дамочку, я увидела спину и кроссовки улепетывающего подростка.

— Ну, попадись ты мне, — бессмысленно пробормотала я угрозу, понимая, что даже если попадется, узнать эту спину с кроссовками будет проблематично. Вздохнув, я присела и начала собирать раскиданные по тротуару сокровища. Сколько все- таки лишнего, «вроде-бы-очень-нужного» таится в недрах обычной женской сумочки. Номер телефона, записанный на чеке из супермаркета, еще бы дал Бог памяти, идентифицировать владельца данного набора цифр, ручка, еще ручка, огрызок карандаша, конфета, которой судя по твердости можно забивать гвозди. Восемь рекламных проспектов, визитки, по большей части не в лучшем состоянии, буквы местами не разборчивы, бумажки с непонятными записями. Может не даром, этот юный отрок меня толкнул, заодно и ревизию проведу, какая разница, чем заниматься безработной девушке, не обремененной мужем и детьми. Вспомнилась бывшая коллега, любительница «фен–шуя», которая утверждала, что в своем пространстве обязательно должен быть порядок. Загляни главный «фэн-шуй» или кто там у них в качестве вдохновителя в мою сумку, микро инфаркт был бы обеспечен. Вспомнив уже бывшую работу, грустно вздохнула и продолжила сортировку имущества в направлениях «на место» и «в мусор».

— Это не вы уронили? – раздался над головой тонкий голос.

Подняв голову, я не смогла сдержать улыбку. Передо мной стояло юное создание лет девяти- десяти, напоминающее Барби, или кто там сейчас в авторитете у юных леди. Ярко розовый плащик, чуть ниже колена, белые с розовыми бантиками полусапожки, и белокурые вьющиеся локоны длиной чуть ниже плечь. Вот только глаза, очень существенно отличались от равнодушного взгляда разрекламированной американской куклы. Голубые, распахнутые, и в этом взгляде был целый мир того, кого принято называть «ребенком» — любопытство, доверие, ожидание чуда, и какая — то глубокая, ускользнувшая от нас взрослых мудрость. Девочка протягивала мне карманное зеркальце, с необычными рисунками на крышке. Что- то похоже на руны, или непонятные иероглифы.

— К сожалению не я, очень красивое зеркало, где ты его нашла?

— Тут, рядом с вами, вы были так заняты своей сумкой, что не обращали на меня внимания, пока я не заговорила.

Да, вот что значит запасть в проблему. Пока я копаюсь в своих переживаниях, у меня не то, что вещи растащить, сапоги могли снять, а я бы к вечеру обнаружила.

— Извини, что я тебя не заметила, у меня сегодня тяжелый день выдался, пытаюсь пережить последствия.

— У вас, что — то плохое случилось, вы заболели?

Ага, болезнь современного человека, можно сказать эпидемия – «безработица» называется, и сопутствующий симптом у нее тяжелый — «безденежье». Вот только ребенку в розовом плащике, с голубыми глазами сложно объяснить масштабы этой болезни.

— К счастью, я здорова, но у меня такая не приятность приключилось – мне пришлось уйти с работы.

Не могла я выговорить это унизительное слово «уволили», пусть даже это ребенок, с которым я вероятно больше не встречусь.

— Какое хорошее слово вы сказали – «к счастью», а работу же можно новую найти.

Как у детей просто – все к счастью, работа новая, и вообще мир волшебный и удивительный.

— А вы любили свою работу? – продолжала разговор голубоглазая малышка.

Я задумалась. Определение «любила», не совсем то, что подходит к моей уже бывшей работе. Если копнуть глубже, то совсем не подходит. Зарплата средняя, еще и как называют в народе «черная», отпуск две недели в году, и перспективы роста близки к нулю.

— Мне там деньги платили — буркнула я, неожиданно, разозлившись. Хорошо, наверное, стоять и рассуждать о любви к работе, когда папа с мамой удовлетворяют твои потребности.

— А на других работах разве деньги не платят? Моя мама раньше часто меняла работу, она говорила, что если ее труд не ценят, то и она ценить начальника не нанималась.

Прикольная мама, с самооценкой у нее точно все хорошо. Мне бы долю ее уверенности в себе, вот только мы не в мультфильме, и что- то типо «Озверина» в сиропе прикупить не получиться.

— А сейчас мама нашла работу, на которой ее ценят, вместе с ее трудом?

— Мама сейчас «предприниматель» — девочка аккуратно, по буквам выговорила это взрослое слово.

— И что же она предпринимает?

— Она рисует на заказ, картины, книжки, открытки, плакаты. Это так здорово – к нам приходят интересные люди, мама их называет «заказчики», они рассказывают очень интересные истории, а мама их рисует. А еще у мамы стало больше времени, она играет и гуляет со мной. А когда она работала у начальников, приходила поздно, говорила, что очень устала, и у нее еще много дел по дому. А когда мама думала что я сплю, она звонила тете Лене, это ее «боевая подруга», и плакала – говорила что бьется изо всех сил, чтобы у меня все было, а денег все равно не хватает. Я тогда пугалась, мне казалась что начальники бьют маму, для того чтобы дать ей зарплату. А вас начальник тоже бил?

Я не смогла сдержаться и расхохоталась.

— «Биться», это значит очень сильно стараться. На работе никто никого не бьет. Ну, если конечно не в «боях без правил» работать.

— Это хорошо, что на работе не бьют. А потом маму уволили, она опять плакала, и решила, что больше не будет работать у начальников, сказала «лучше я в переходе буду свои работы продавать». Но в переходе продавать не пришлось, она нашла, какую, то школу, в которой учат предпринимать, и теперь у нее своя мастерская.

Я представила этот не простой путь – женщина с ребенком, в очередной раз оставшаяся без работы, с необходимостью этого ребенка кормить, одевать, учить, да и просто баловать игрушками и вкусностями. Все мои переживания по поводу увольнения показались смешными и нелепыми. Себя я точно прокормлю, в крайнем случае, объявления пойду расклеивать, переживет мой гонор по поводу высшего образования, такое издевательство над своей персоной. А там, может, тоже найду «школу, где учат предпринимать», выучусь, открою свое дело, и буду сама себе давать зарплату, и отпуск, такой который мне нужен, а не две недели в году.

— Знаешь, а меня тоже уволили.

Неожиданно это неприятное слово выговорилось легко, меня освободили от необходимости торчать на нелюбимой работе, с маленькой зарплатой и начальником – самодуром. И почему я сама не пришла к такому простому решению, как сменить работу. Ведь даже увольняться в процессе поиска было не обязательно. Зато теперь у меня времени больше, да и возможности шире.

— Значит, вы тоже можете открыть свою мастерскую!

— Ну, не знаю насчет мастерской, а вот про «школу, где учат предпринимать» я точно задумаюсь, лишним не будет. Спасибо тебе за разговор, ты очень интересная и рассудительная мадемуазель.

— Спасибо, я люблю разговаривать со взрослыми, они говорят интересные вещи. Вы все- таки возьмите зеркальце, недаром оно возле вас лежало, думаю, оно хотело попасть к вам.

Я взяла протянутое зеркальце, открыла, и в нем заиграли солнечные блики. Оказалось, что пока мы с малышкой разговаривали, дождь прошел, тучи разошлись, по небу поплыли красивые облака, а солнце заиграло лучиками. А еще вокруг был ковер из разноцветных листьев, спешили, куда- то люди, и ехали автомобили.

Жизнь продолжалась, и мое увольнение это просто один из завершившихся этапов, а каким будет новый, зависит только от меня, он может быть скучным и напряженным, с надрывом и слезами по ночам.

А может быть интересным, пусть даже сложным, но с теми сложностями, которые хочется решать, и, решая которые становишься мудрее и опытнее.

Наверное, я опять запала в свои мысли, потому что когда подняла глаза, белокурой собеседницы рядом не было. И по сторонам нигде не мелькал розовый плащик. На мгновение показалось, что я ее придумала, но зеркальце в моих руках было вполне материальным, и диалог отчетливо отпечатался в памяти.

И еще пришло понимание, что даже если вы одиноки, и жизнь на данный момент не радует, мир обязательно пошлет вам свою поддержу, в лице ребенка, просто прохожего или сто лет невиданного знакомого.

А зеркальце я оставлю, как напоминалку, о моем новом этапе жизни.

Екатерина Павлючек

Татьяна Прохода

Статьи