Интересности Ломовая Лилия. Глава 5

Ломовая Лилия. Глава 5

03Я слышала о лечебном голодании и чистках. Это когда люди добровольно истязают себя с целью избавиться от болезней. Проведя неделю в таком режиме, могу уверенно сказать – эти люди герои. Таких жутких мук я не испытывала никогда. В первый день самые большие мучения доставляли  не завывания в желудке, а воображение, рисовавшее ежесекундно одно лакомство за другим. На второй день меня снова заперли в хижине – чтобы  не наелась чего-нибудь в джунглях, где в изобилии росли как съедобные, так и ядовитые плоды. Сати научила меня медитировать и, хотя мне это показалось поначалу странным, именно медитация спасла меня от нервного срыва. Она отвлекала, унося в другой мир. Но голод доставал и там. Ночь и день, из-за того, что я плохо спала, перемешались за трое суток в один черно-белый клубок, заставляя путать сон с явью. Мне стали слышаться голоса, непонятные звуки, я видела вспышки и искры перед глазами. Впрочем, все это не удивляло. Трудно было ожидать чего-то другого. К Никите меня не пускали, давая только раз в день заглянуть через дверной проем и убедиться, что он дышит. За ним ухаживала Сати и  молчаливая женщина с совершенно черной кожей, в белом сари. Завидев меня, она всегда удалялась на почтительное расстояние и кланялась. Мук мне добавляла еще и невозможность нормально помыться. Единственным источником воды был полувысохший ручей.

На четвертый день я почувствовала, что голод отпускает  жуткие тиски, и подкидываемые воображением жаренные цыплята с картофелем фри уже не вызывают прежнего энтузиазма. Меня выпустили из темницы. Обезьяны, во множестве живущие на деревьях и бросающиеся кожурой бананов, которую в первые дни я была готова проглотить целиком, перестали раздражать. Насекомые и ящерицы, вначале вызывавшие у меня ужас, а затем – желание попробовать их на вкус, уже не волновали. Я больше не хотела есть. В голове прояснилось, исчезли искры перед глазами, тело стало невесомым.  Сати сказала, что  можно приступать к очищению и дала  выпить  горький порошок. На этом голодная эйфория закончилась.

Остальные дни  описывать не стану, дабы не ранить чувства читателя. Скажу только, что аюрведческая чистка организма – штука не для слабонервных. Травы, которые давала мне Сати, были сильным слабительным. В общем,  я не скучала. К концу недели (или месяца? Время тут тянулось бесконечно долго) я перестала делать последнее, на что еще была способна. Я перестала злиться. Все вокруг перестало меня интересовать. Я смирилась с тем, что  нам с Ником  придется умереть в  глухих индийских джунглях. «Они жили счастливо, но недолго – и умерли в один день…» —  звучал у меня в голове голос актрисы из радиотеатра. Одно омрачало романтику такой кончины. Я умру не от яда или кинжала, и даже не от пули, а от банальной медвежьей болезни. Все-таки Сати настоящая извращенка. Так мучить человека перед смертью! Впрочем, для душевнобольной, она вела себя по-божески –  вообразила себя хранительницей великой миссии и знахаркой. Бывает и хуже.

—        Мисс Лилия, — Сати заглянула под куст, где я лежала, наблюдая за  красным жучком, катящим по земле кусок сухого обезьяньего помета. – Мисс Лилия! На закате мы уходим.

—        Куда?

—        Сначала к водопаду.  А затем в город Счастья.

—        К водопаду – это хорошо, — откликнулась я, ткнув  жучка  в бок прутиком.

Тело  стало легким и тонким, идти было нетрудно, хотя немного кружилась голова. Мы направились в джунгли  и Сати привела меня к водопаду. Он стекал с невысокой скалы и с шумом нырял в небольшое озеро у подножия горы. Когда мы приблизились, обезьяны, шныряющие вокруг воды, бросились врассыпную. Это было очень живописное место, и в другое время я бы, наверно, долго восхищалась великолепным видом водной стены. Но после многодневного голода и «очищения» я была не в силах реагировать даже на красоту. Маленькая радость шевельнулась не в душе —  в теле – оно обрадовалось возможности окунуться в прохладу и чистоту. Я вошла в озеро прямо в одежде и нырнула с головой. Вода была теплой, но все-таки холоднее воздуха и потому давала долгожданное облегчение от жары. Пока я плескалась в водопаде, Сати на берегу что-то толкла в маленькой ступке. Опять будет поить меня зельем – подумала я. Малодушная мысль – утопиться в прекрасном озере, мелькнула в голове.

—        Мисс Лилия, выпейте это, — раздался голос Сати.

—        Дай же мне помыться! – впервые за много дней я вспылила.

—        Это придаст вам сил. И вы сможете оставаться в воде столько, сколько захотите.

Ну да, — возмутилась я, — после твоего чая я уже через секунду буду сидеть в соседних кустах. Давай свою отраву, — я вышла на берег и взяла из рук Сати ступку с желтой гадостью, залитой сырой водой. Зажмурилась и проглотила напиток.

И вдруг по телу разлилось мягкое тепло. Кончики пальцев на руках и ногах запульсировали, загорелись, как будто от прикосновения ласкового пламени. Голова перестала кружиться, а краски леса, окружавшего меня, стали ярче.

—        Что это, Сати?

—        Это мерлуция. Ее лепестки обладают бодрящим действием. Но на человека, прошедшего очищение, она действует сильнее. Ваши чувства после голода приобрели первозданную свежесть восприятия. Теперь все вам будет казаться ярче, вкуснее, громче, вы будете сильнее чувствовать запахи. Ваша интуиция вернется к интуиции ребенка.

—        Вкуснее? – выбрала я наиболее волнующее слово. – Значит, ты не уморишь меня до смерти голодом?

—        Мисс Лилия, вы считаете меня чудовищем. Но я – всего лишь ваш проводник. Я делаю то, что необходимо. Без голода и очищения нельзя было обойтись. Вы  съели слишком много мяса убитых животных. Их предсмертный ужас и боль, поглощаемые вместе с мясом, заглушают в человеке божественную сущность. Человек сам становится похож на животное. Он становится агрессивен и туп.

—        Спасибо за комплимент, – сказала я. – Однако ж, я с трудом представляю  жизнь без мяса.

—        Вы не виноваты в этом. Общество давило на вас. Но теперь вы стали другой. А после посещения города Счастья вы родитесь заново. Вы  не будете есть трупы животных. Сами не захотите.

—        Это что значит – родитесь заново? Мне придется умереть?

—        Вам придется отказаться от многого, что было вам дорого в вашей прошлой жизни и принять новую систему ценностей.

—        А если она мне не понравится?

—        Этого не может быть, мисс Лилия. Внутри вас живет Истина. Она не даст вам ошибиться. Теперь вы будете слышать ее голос. Ничто не будет заглушать его.

—        Ну и где этот твой город Счастья?

—        Мы двинемся в путь с заходом солнца. Вы не слишком сильны, а идти придется в гору. Дождемся, пока спадет жара. А пока можете  поплескаться в водопаде. Сила воды будет вам очень кстати.

Про «силу воды» я пропустила мимо ушей, а вот предложения поплескаться мне очень понравилось. До самых сумерек я не вылезала из маленького озера, резвясь, как ребенок, позабыв обо всем на свете. И странно – чем дольше я находилась в воде, тем лучше себя чувствовала. Когда наступили сумерки, я ощутила, что сильна и бодра, как никогда. Энергия била через край. И это была энергия радости. Все вокруг казалось прекрасным, перспектива идти по ночным джунглям с Сати забавляла, и даже воспоминания о Никите не вызывали отчаяния, а давали надежду.

—        Сати!  – улыбнулась я, увидев, как она входит в воду, снимая сари. – Эта твоя мерлуция все-таки наркотик.

—        Мисс Лилия, это ваше внутреннее счастье.

—        Внутреннее счастье? – удивилась я. – Откуда оно взялось?

—        Все у человека внутри. И счастье, и несчастье. И радость, и злоба. И здоровье, и болезни. И богатство, и нищета.

—        Ну, допустим. Откуда ж во мне столько счастья? Причин вроде нет.

—        Причины не нужны. В вашей жизни было мало выходов для радости. Она накопилась. Вы открыли ей дорогу. И радость выливается наружу, —  ответила Сати.

—        А в городе Счастья – там все счастливые?

—        Да, мисс Лилия.

—        Когда мы пойдем?

—        Пора, — она намотала мокрое сари.  Я надеюсь, нас уже ждут.

Сати достала из-под дерева небольшой фонарик и мы двинулись в путь.

 

Статьи