Интересности Ломовая Лилия. Глава 26

Ломовая Лилия. Глава 26

03За достоверность сего отступления не ручаюсь, поскольку ничего из происшедшего в моей памяти не сохранилось, а было записано исключительно со слов подруги. А Верка не прочь приврать ради красного словца.

Как только Киара поменял местами мое сознание – настоящее и прошлое, в городе Счастья началась неразбериха. Оказавшись вместо хижины, где у меня и так голова шла кругом, в городе тоддов,  я, понятное дело, еще больше испугалась. И  бросилась бежать. Добравшись до священной пещеры, завалила вход камнями. Когда у пещеры появилась Верка, это меня добило. Еще бы! Убийство в гостинице, хижина, тодды, а под конец  еще и Верка! Кто после всего этого останется нормальным? Я сидела за камнями в пещере и вслух повторяла: «Это сон, это сон… сейчас все кончится, я проснусь…». А Верка через каменную преграду увещевала меня рассказами о спасении мира, Никиты и так далее, чем, конечно же, только подливала масла в огонь. Не знаю, стоит ли верить Верке, но она рассказывала, что на протяжении недели, в течение которой я была «не в себе», тодды прилично намаялись со мной. Я отказывалась выходить, требовала то телефон, то российского консула, то жареного мяса, то сигарет, обещая взамен бриллианты. Ничего из требуемого, как вы понимаете, тодды мне предоставить не могли, а значит, ежесекундно выслушивали все, что я о них думаю. Под конец я будто бы даже пела «Вихри враждебные веют над нами», обзывала Верку вражеским шпионом, загримированным под мою подругу и бросалась в нее брюлликами через проем в баррикаде. Ну, не знаю… По-моему, это уже слишком. Так что рассказ целиком на Веркиной совести.

В джунглях тем временем все шло своим чередом. Никита выздоравливал. Каждый день я лечила его Любовью. А Сати снадобьями. Не знаю, что помогало лучше, только уже на третий день рана стала  заживать. Ник начал вставать с постели, ходить понемногу. У него появился аппетит. Однажды утром, войдя в хижину, я обнаружила, что он бреется перед крохотным кусочком зеркала.

Я остановилась, прислонившись к стене, глядя на то, как Ник аккуратно сбривает щетину  лезвием, мало напоминающим бритву. Адский прибор скреб кожу со звуком, напоминавшим метлу по асфальту. Пену для бритья заменило дегтярное мыло, которое жутко пахло.

— Раиб одолжил мне станок, — улыбнулся Ник, заметив меня. – Я решил рискнуть…все-таки вокруг дамы… а я небритый.

— Тебе лучше?

— Да, любимая, мне намного лучше. Я чувствую себя совершенно здоровым…даже здоровее прежнего.. – он подошел ко мне и обнял, испачкав мылом, — Единственное лекарство, которое мне сейчас необходимо в довершение лечения, это…

Ник поцеловал меня. Я вздрогнула. Пашкины синие глаза возникли в памяти. Я ощутила себя предательницей.

— Ник! Подожди! Ты еще слишком слаб…

— Ничего подобного, — он еще крепче обнял меня.

Я вдохнула родной забытый запах  вперемешку с запахом мыла. В горле встал ком.

— Ты сильно похудела, Лилька. Сати замучила тебя своими травами, да? Но и тоненькой ты мне нравишься, даже очень…

Я, не зная, что делать, расплакалась.

Никита изумленно отстранился.

— Птенчик! Что такое? Я обидел тебя?

— Ты пойми, глупый, тебе нельзя сейчас! Ты еще слаб, понимаешь? – заревела я белугой, пряча глаза.

— Я понимаю, что я ничего не понимаю, — покачал головой Ник. – Успокойся, Лили. Я подожду. Раз ты так переживаешь.

Я выскочила из хижины и понеслась в джунгли. Мартышки, обрадовавшись возможности начать войну банановой кожурой, заверещали, перепрыгивая с дерево на дерево. Я сидела на камне, растирая грязным платком слезы. Когда слез больше не осталось, поднялась, отряхнула с себя обезьяньи бомбы, и поплелась обратно. А что я себе думала? Что я спасу Никиту и вернусь к Пашке? А как я это объясню Нику? Что я скажу Павлу? Боже мой! Я совершенно запуталась. Я любила их обоих, по-разному, но любила. Но я не могла быть с ними обоими! …Через два дня Каира вернет время на места. И мне придется выбирать….Забегая вперед скажу — ах, как же я наивно ошибалась тогда!

Наступил понедельник. День, когда Каира должен был вернуть меня назад, в настоящее.

Я принесла Никите завтрак. Он принялся  уплетать рис с овощами, посмеиваясь надо мной.

— Эта Сати сама с приветом и тебя с ума свела. Почему ты веришь в ее миссию? Зачем ты согласилась на эти жуткие чистки? Сядь, поешь со мной. Я ей ничего не скажу.

Я покачала головой.

— Нет, Ник. Просто поверь мне, на свете есть вещи, которых мы не знаем. На свете есть такие вещи… – я замолчала, вспомнив о Никитиных родителях. – Знаешь, я скучала по тебе. И всегда буду скучать.

Он удивленно поднял глаза.

— Что это ты так говоришь, будто прощаешься со мной?

— Ну что ты… не выдумывай. Ешь. Я приду попозже.

Это были мои последние слова, сказанные Никите там, в прошлом. Киара выполнил обещание.

 

Статьи