Интересности Ломовая Лилия. Глава 11

Ломовая Лилия. Глава 11

03Вернувшись домой я обнаружила, что  беды не кончились. Меня уволили с работы. Родители, узнав о том, что я в индийской психушке, повели себя неадекватно. Вместо того чтобы  предупредить об опоздании из отпуска, мама сказала моему шефу, что я «все еще развлекаюсь в тропиках». После чего меня, разумеется, выгнали. Но она была убеждена, что это лучше, чем «прослыть сумасшедшей».

Никиту похоронили на родине, в маленьком городке Тульской области. Я не была ни на похоронах, ни на могиле. Никитины родители  приходили посмотреть на «убийцу сына». Его мать с безумными от горя глазами потом долго снилась. Все это сильно сказалось на здоровье. Я почти не могла есть – в горло лезли только фрукты и орехи, да и то – совсем чуть-чуть. От мяса тошнило. Пробовала курить, но сигарета вызвала такую реакцию, что я в сердцах высыпала пачку «Мальборо» в унитаз. Я сидела дома и ничего не делала. Даже не смотрела телевизор. Он, как назло, постоянно напоминал об Индии – стоило только включить.

Я часами смотрела на фотографию Никиты – такого живого, веселого! И никак не могла понять как это может быть – был человек и вдруг его нет. Мама приходила каждый день. Приносила еду, пыталась развлекать  разговорами. Но каждый раз это кончалось одинаково. Пряча слезы, она уходила. А я выливала «еще теплый» суп.

Спасла меня Верка, моя единственная подружка. Жизнелюбка и оптимистка, как все рыжие. Она позвонила  прямо из аэропорта – как всегда полная жизни.

—        Подруга! Ты чего – работу сменила? Звоню, а мне говорят – такая больше не работает! Ну ты даешь! Не говорила ничего, — затараторила Верка, — ты дома вечером? Я приеду, поболтаем! Ой, у меня столько новостей!

—        Ладно, — отозвалась я, зная, что отвертеться не удастся, — приезжай.

—        Ты там не заболела? – спросила Верка, — голос у тебя странный.

—        Нет, я здорова.

—        О кей! Буду в восемь! Готовь чай! Я привезла кучу заморских вкусностей!

Верка была из породы оптимистов, жизнелюбие которых не задушишь не убьешь. Она во всем умела находить положительную сторону. Я ее за это просто обожала. Верка никогда не жаловалась и ее девизом по жизни была пословица «Все к лучшему». Она ухитрялась находить положительные стороны в таких ситуациях, в которых впору было повеситься. Я часто вспоминала подружку, ожидая ее возвращения из командировки. Мне так хотелось услышать ее : «Не дрейфь, Лилька! Прорвемся! Это ж к лучшему! Вот смотри…» и дальше следовал подробный разбор полетов с положительными выводами. Умом я понимала, что Верка не сможет облегчить потерю Никиты. И уж тем более, не найдет в смерти плюсов. Мне не очень хотелось рассказывать обо всем. Но Верка ведь не спросила – хочу ли я ее видеть! Она была в своем репертуаре. Приедет, поделится приключениями, которых у нее всегда – хоть отбавляй. Глядишь, у меня на душе полегчает…

Она приехала ровно в восемь, как и обещала. Модная, пахнущая заграницей, с неизменной улыбкой на лице.

Верка далеко не красавица, но  попробуйте сказать это одному из ее кавалеров. Убьет на месте! Мужики от Верки без ума. От нее трудно отвести взгляд. Она пышет здоровьем. Из глаз лучики – озорные, солнечные. Всегда ухожена, при макияже. Не то, что я. Вот если нас раздеть, умыть и поставить рядом – тогда я, пожалуй, буду ярче и красивее. У меня и лицо, и фигура лучше. Но никто об этом не догадывается. Лень и безразличие к шмоткам делают свое дело. А Верка всегда выглядит на миллион. Как сегодня.

—        Лилище-дружище! Сколько лет, сколько зим! Ты чего в темноте сидишь, свет включи, я ж на шпильках, ноги поломаю!

Я включила лампу. Верка вытаращила золотисто-карие глаза.

—        Лилька! Что с тобой?! Ты на диете, что ли сидишь? С ума сошла?! Ты себя в зеркале-то  видела? Вот дурища-то! Кто тебя надоумил худеть до такой степени? Никитка твой? Нет, ну вы только посмотрите на нее! Майку полосатую – и можно использовать как шлагмаум! – Верка крутила меня из стороны в сторону, как куклу, охая и ахая, —  чего молчишь-то? Не рада мне? – наконец она прервала  монолог.

—        Привет, Вер. Нет, я рада. Заходи. Чайник вскипел, — я улыбнулась через силу.

Верка, на ходу скидывая модные сапожки и шубку, быстро забросила  пахнущий конфетами пакет на стол, задымила свой любимый «Беломор-Гламур» (вставленную в модный малахитовый мундштук сигарету) и повернулась ко мне с серьезным лицом.

—        Рассказывай. Рассказывай немедленно. Что у тебя случилось? На тебе лица нет! Поссорились?

—        Он погиб.

—        Кто? – Верка обмерла.

—        Никита.

—        Боже мой! Лилька! – Верка подскочила ко мне и обняла, — бедная моя!

И я в первый раз за последний месяц разрыдалась.

 

Статьи